Архивные колонки
|
Историю любой культуры населяют зараженные нормальным классицизмом и – зараженные сарказмом. Даже в самых почтенных туристами местах величие античных пропорций граничит с гениальной извращенностью барокко, даже в официальных плеядах соседствуют те, чье имя носят города и академии, и те, кто удостаивается улицы, или, вернее, ямы, или же памятника размером со статуэтку, воздвигнутого по капризу эксцентричного градоначальника. Светочи и менторы, вожди и квартиранты пьедесталов. Чудаки и изгои, жители подвалов и чердаков. Наши истории – про вторых, даже если в анналах – по ошибке летописца или по иронии Провидения – они числятся среди первых. И не стоит ломать копья, защищая одних перед другими: кто, мол, творит ту красоту, что спасет мир, кто перевесит все черные дела, отягощающие участь человечества, кто приведет к нам Мессию. Хотя мы-то, конечно, знаем, кто.
|
|
Первый травелог был, разумеется, продиктован Моисею. О стоянках у горькой воды, о медном змее и цветущем посохе, о переправе через море, о красавицах и злодеях, о перепелках и манне. С тех пор записывающим несть числа и их не остановишь. Биньямин из Туделы подробно документирует свои странствия, леди Джудит Монтефиоре восхищается видами старого Иерусалима, а миллионы туристов просто выкладывают разрозненные впечатления, перемежающиеся фотографиями у себя в ЖЖ. Городское пространство своей суетой и невниманием само подталкивает приехавшего издалека зеваку расположиться за столиком в кафе, заказать — по сезону — горячего или прохладительного, достать молескин и начать что-то записывать. О городе, о вкусах, о любви.
|
|
«Эта неделя в еврейской истории» отличается от «Той недели в любой другой истории». Хотя бы потому, что в первой всегда будет в несколько раз больше упоминаний о печальных событиях, связанных с репрессиями, массовыми казнями и страданиями, чем во второй. Проверено, не спорьте. Хотите – сами проверьте, но это грустное занятие. И на порядок меньше сообщений о славных деяниях, чем могло быть, потому что многие славные мужи и жены скрывали свое еврейское происхождение или просто были не в курсе такового. Тут за всем не уследишь. Наша «Неделя в еврейской истории» напоминает о самых разных событиях, которые мы отбираем, исходя из сугубо субъективных критериев – критерии эти можно осуждать, обсуждать, на них можно влиять и еще на них можно плевать. Кому как захочется. Однако событие вылетело, его уже не поймаешь… Ваш Букник.
|
|
Есть мнение, будто критика разлюбила ценимые публикой жанры – фантастику и детектив. Это, разумеется, гнусная клевета: критика отродясь и не любила эти жанры, издавна предпочитая Конан-Дойлу с «Конаном-варваром» (или братьям Вайнерам с братьями Стругацкими) то разнообразных суконных реалистов, то неразгрызаемых модернистов, имя которым – легион, а цена – пятачок за пучок.
Так что же, прикажете, читателям сорок лет скитаться без проводника в лабиринтах массовой словесности? Выход подсказал реб Мюнхгаузер, однажды собственноручно вытащивший себя за рыжие пейсы из болота повседневности. Вот и мы решили открыть рубрику, в которой краткими внутренними расследованиями в области современной массовой литературы займутся сами ее персонажи.
Рубрику согласился вести создатель «ехидных детективов» Лев ГУРСКИЙ, автор «Перемены мест», «Траектории копья», «Никто, кроме президента» и др., и пр., и хр. Лев Аркадьевич был столь любезен, что делегировал для рубрики двух своих любимых персонажей – частного сыщика Яшу Штерна (популярного в телеварианте «детектива Дубровского») и капитана Максима Лаптева (известного в узких кругах спасителя Отечества). Им, как говорится, и книжки в руки. Они-то не соврут. А если чуток и приврут, то для пользы дела.
|
|
Уже много поколений у евреев – тех из них, кто так или иначе ведет традиционный образ жизни, — существует единая для всех общин традиция. Каждый шаббат в синагогах всего мира публично читается определенный отрывок из Пятикнижия (Торы). В течение года Тору прочитывают целиком. Этот круг чтения заканчивается в последний день праздника Суккот, в восьмой день, который называется Шмини-Ацерет и одновременно является праздником Симхат-Тора (Радость Торы). В этот день принято заканчивать последний отрывок из книги «Дварим» («Второзаконие») и начинать первый отрывок из книги «Берешит» («Бытие»). Вообще-то после разрушения Первого Храма существовало две традиции в двух еврейских духовных центрах. В Вавилоне был обычай каждый год прочитывать Тору полностью, а в Эрец-Исраэль (Земле Израиля) этот цикл был длиннее и составлял примерно три с половиной года. Постепенно все общины приняли вавилонский обычай. Раздел Торы, который читают в текущий шаббат, называется «парашат hа-шавуа», недельная глава. Таким образом, деление на главы в Торе не совпадает с делением в синодальном и прочих христианских переводах. Мы для удобства читателей будем давать и еврейское, и «синодальное» название недельного раздела, а нумерацию глав приводим по переводу. Однако призываем всех, кто может, читать в оригинале. Читают Тору, конечно, вместе с комментариями. Комментарий на недельный раздел – очень интересный жанр. Собирают существующие комментарии, сравнивают, анализируют, находят новые ответы. Занимаются этим и люди светские – культурологи, ученые, журналисты. Последние норовят подверстать библейские события к актуальным политическим. Но наших комментаторов будет интересовать прежде всего сам текст.
|
|
|
