Американка гавайского происхождения Хеммингс умудрилась рассказать катастрофическую, по сути, историю семьи в формате семейного фотоальбома, а поскольку происходит все на фоне пальм, волн и разноцветных рубашек, разбитая человеческая жизнь выглядит не то чтобы нормально, но, в общем, естественно.

В 2011-м американский политологический журнал Foreign Policу включил имя Давида Гроссмана в сотню самых влиятельных интеллектуалов мира. А в конце декабря его роман «Бегущая от вестей» был удостоен во Франции «Премии премий». «Я играю с действительностью, превращаю ее в литературу, — говорит Давид Гроссман. — Вместо отторжения от реальности я предпочитаю менять ее на страницах своих книг, трансформировать».

«Барочный цикл» Нила Стивенсона — история вымышленных предков нескольких персонажей «Криптономикона». А заодно — Исаака Ньютона, Готфрида Лейбница, Роберта Гука и еще дюжины реальных исторических фигур. По жанру — смесь плутовского романа, романа плаща и шпаги, пиратской эпопеи, исторического романа о великих ученых, фэнтези и альтернативной истории.

Эпизоды из жизни художника Джеда Мартена — это верстовые столбы территории Уэльбека-писателя, его карта, размеченная мостами, развилками, тупиками и придорожными гостиницами. Уэльбек-писатель превращает своего героя в робота-проводника, лишенного всяких личных черт, эмоций, мыслей. Он просто идет и идет и ведет читателя за собой в ад кромешный, в рай земной, через пустыню реальности к неизбежной смерти.

Кулинария, кажется, важна как метафора основного содержания романа. «Пражское кладбище» — это, в сущности, поваренная книга: 500 страниц рецептов того, как ловчее состряпать успешно продаваемую фальшивку: есть обязательные ингредиенты, а гарнир и приправу можно варьировать. Если с обязательными ингредиентами конспирологической фальшивки мы к концу досконально разберемся, то с обязательными ингредиентами романа особо и не встретимся.

«Апокрифическая история о Шерлоке Холмсе не обязательно должна быть великой детективной историей, но обязана быть убедительной историей о великом сыщике. Характер важнее расследования. Читателя привлекает сам метод Холмса, его особые отношения с доктором Уотсоном, который служит зеркалом действительности и порой искажает отражение во имя приукрашивания. Новые истории должны соответствовать формуле и в то же время добавлять к ней свои вариации».

Алиса не любит детсадовские котлеты и не читает «Пионерскую правду», Алиса живет с папой и мамой в центре Москвы и ночует в сквотах у друзей, Алиса спит с парнем на десять лет старше себя и никогда не предохраняется. Это героиня романа «Легкая корона» Алисы Бяльской, это история поколения, растущего под сенью издыхающего СССР.

В романе Анджея Барта вымысел переплетен с реальностью: здесь вершат посмертный суд над Хаимом Румковским, известным также под именами Хаим Грозный и король Хаим, который в годы Второй мировой войны возглавлял юденрат гетто в Лодзи. Параллельно с судебным разбирательством в книге происходит путешествие некоего писателя в Лодзь, оплаченное загадочным и неприятным субъектом.

Лазарь Линдт явился нам в 1918-м и умер в восьмидесятые, впадая под конец жизни в маразм, и потому его удобно отождествлять с советским режимом. Или, допустим, женщины Лазаря — их так же легко и удобно отождествлять с Родиной, и метафора эта немедленно приводит к известному выводу: здесь никого не любят, не жалеют и потом даже не помнят. Ни того, ни другого отождествления делать не следует.