А разгадка одна — безблагодатность

Джон Апдайк. Террорист

АСТ, АСТ Москва, 2009. Пер. с англ. Т. А. Кудрявцевой

Предпоследний роман умершего в начале этого года Джона Апдайка «Террорист» — он же последний из переведенных на русский язык — продается в книжных магазинах примерно месяц, но никакого ажиотажа не произвел. На родине писателя, в Америке, книга тоже не вызвала восторгов у критиков, ее даже сочли одной из самых слабых у писателя, то ли потому, что политика — не самая привычная тема у Апдайка, то ли потому, что реальность в романе слишком мрачна и бесперспективна.

Апдайк, посвятивший свой первый роман рассказу об Америке пятидесятых, когда ни сексуальной революции, ни войны во Вьетнаме и в помине не было, в «Террористе» смотрит на Америку после трагедии 2001 года. Главный герой романа — Ахмад Маллой (Ашмави) — сын ирландско-американской художницы и египтянина, приехавшего учиться в Штаты. Ахмад родился в браке, но когда ему исполнилось три года, отец ушел из семьи. Мать мальчика была этому даже рада, но самого Ахмада желание иметь отца привело в мечеть, к учителю по имени шейх Рашид. С одиннадцати до восемнадцати лет тот учил мальчика арабскому языку, читал с ним Коран и воспитал почти безупречного воина Аллаха: Ахмад не пьет, не курит, хорошо учится, совершает все положенные мусульманину ритуалы и полностью положится на волю Бога в том, что касается будущего.
Роман начинается со слов юноши «Эти дьяволы стараются отнять у меня моего бога». Дьяволы — все, кто окружает Ахмада и в первую очередь — соученики по Центральной школе. Девчонки, которые ходят «раскачиваясь и посмеиваясь, выставляя напоказ свое нежное тело и манящие волосы. Их обнаженные животики, украшенные блестящими затычками для пупка и уходящими вниз фиолетовыми татуировками <…> Учителя, слабоверующие христиане и не соблюдающие требований веры евреи, выворачиваются наизнанку, обучая добродетели и самовоздержанию, но бегающие глаза и глухие голоса выдают отсутствие у них веры».

Вся Америка представляется Ахмаду страной неверных, обителью греха и разврата, которую необходимо очистить. Не то, чтобы юноша сам планировал кого-то убить или прийти в школу с поясом шахида — ничего подобного. Но его отвращение к развращенному обществу с его рекламой, помогающей продать людям как можно больше ненужных вещей, и зацикленностью на сексе — все это стоит стеной между ним и одноклассниками. Ахмад, в отличие от других парней, не стремится «завалить» самую красивую девочку в классе, напротив, он хочет сохранить чистоту, чтобы попасть в рай и быть со своим богом.

Апдайк в этом романе, очевидно, пытается понять, как формируется психология террориста. То, что герой вырос в Америке и далек от исламской культуры, автора не смущает. Собственно, терпимая Америка, говорит он, сама растит в своем чреве пожирающих ее детей: ислам в американском изводе предлагает стройную и строгую альтернативу тучным тщеславным западным ценностям вроде успеха и богатства. Даже образование — одна из тех вещей, которой гордится Запад, кажется Ахмаду излишеством: оно дорого стоит, отвлекает от работы и хуже всего — вызывает сомнения, пытаясь отвратить его от бога. Апдайк предлагает читателю посмотреть на западное общество глазами чужака: вот потребление как цель жизни, вот секс как предмет торговли, и жизнь в целом — бессмысленное накопление ненужных вещей и знаний.

Противопоставить этому возможно только любовь к Богу. При этом христианский Бог из церкви, куда ходит чернокожая одноклассница, Ахмада не устраивает. Отношения между Всевышним и человеком не могут быть дружескими, поклонение не может включать пение хором, да еще такими сексуальными голосами. Для Ахмада Бог — его лучший и единственный друг, но не равный, а неизмеримо более мудрый, очень одинокий, абсолютно непостижимый и терпеливо ожидающий Ахмада в раю после героической гибели.
Остановить Ахмада на его пути в рай почти невозможно, в первую очередь потому, что он сам не вполне представляет себе свою миссию, не может назвать день, когда его призовут, и единственное, что знает — как правильно отвечать на вопросы.

Однако школьный учитель юноши, пожилой еврей Леви обращает внимание на мальчика и пытается как-то устроить его судьбу. Приходит к нему домой, убеждает поступить в колледж, советует пойти в армию, а впоследствии стать адвокатом. Ахмад высокомерно отказывается от его помощи, считая Леви неудачником и лгуном, желающим отнять у него Бога. «Бог — его радость. А этот старый дьявол еврей, прикрываясь своей хитрой мудростью и манерами лжеотца, жаждет разорвать этот союз и отобрать у него Всемилостивейшего и Жизнетворящего».

В книге фигурируют также министерство обороны, тайные отряды террористов, агенты ЦРУ и многочисленные рассуждения о том, как «Большой Сатана жиреет на американском сахаре», а дети в Бангладеше гибнут от голода. Но это не ново и не помогает взаимопониманию Ахмада и мистера Леви. Диалог осложняется тем, что Леви давным-давно разуверился в Боге — примерно в том же возрасте, когда Ахмад нашел своего. Апдайк на протяжении всего романа ведет двух этих людей параллельными улицами городка Нью-Проспект, чтобы в финале столкнуть нос к носу в одной тесной кабине грузовика террориста-мусульманина и еврея-атеиста: молодую исламскую культуру и выдохшийся иудаизм. При этом Ахмад не питает ненависти к евреям:

Голосом Ахмада западной культуре выносится приговор:

Апдайк, говоря о Боге, пишет, тем не менее, почти исключительно о телесном, физическом: вся эта еда, приготовляемая и гниющая; тела, юные и чистые, но тоже стремительно пожираемые псориазом и раком; выхлопы бензина в утреннем воздухе и резкие ароматы масляной краски; скученные в трущобах негритянских кварталов молодые сильные человеческие особи, не имеющие никакой цели в жизни, кроме потребления. Но даже на этом фоне рассуждения Ахмада, наставления шейха Рашида и цитаты из Корана не делают Бога реальнее, физическое не уступает место духовному.

Обычные герои Апдайка — средний класс — в этой книге ушли на задний план, оставив главные роли выходцам из трущоб, иммигрантам и парням с грязных улиц, из многоквартирных домов с тесными комнатами и низкими потолками. Именно эти люди, не вошедшие в ритм потребления среднего класса, но не желающие отставать, и есть, по мнению автора, первая колонна преступности, а исламский терроризм в богатой, сытой и веротерпимой Америке, похоже, вещь неизбежная. Остановить воинов джихада, полагает Апдайк, можно только отобрав у них бога. Если оставить его без человеческих жертв, можно надеяться, что со временем он станет менее кровожадным, как почти все остальные американские боги, давно привыкшие довольствоваться вегетарианской пищей.

Еще о терроризме:

Прошлое, настоящее и будущее международного терроризма
После того как Бог умер, ничего не оставалось, как уехать в Нью-Йорк
Заговоры и евреи, евреи и заговоры