Гражданская война в Америке между Севером и Югом стала одной из первых войн в «промышленных масштабах», показавших оборотную сторону века Разума – рыцарство ушло в прошлое, противники больше не глядят другу в лицо, мертвые исчисляются в тысячах.
Как бы ни были кровавы и жестоки сражения Ланкастеров с Йорками в XV веке, битвы Алой и Белой розы были и впрямь цветочки, ведь тогда дрались врукопашную – топорами, пиками, чуть ли не кистенями. Здешние ребятки – совсем другое дело: это убийцы нового, индустриального замеса; кое у кого в руках многозарядные винтовки, убивающие с тысячи шагов, их пушкари вовсю палят шрапнелью, чуть не целиком выкашивая цепи наступающих, а какие у них орудия! – огнем артиллерии они способны сносить города. Они ведут войну столь обезличенно убийственную, что по сравнению с нею все, что было прежде, – детские игрушки.
А по дорогам войны бредут люди – солдаты Федерации, прямые, грубоватые защитники свободы; солдаты Конфедерации – маленькие, безусые (если верить книге Доктороу, в армию южан призывали мальчиков с 12 лет). Черные, белые… Мирное население тоже на этой страшной бескрайней дороге — утонченные леди, еще вчера игравшие Шопена в своем поместье, сегодня идут рядом со вчерашними рабами, лишенные крова; дети, старики…
Представьте себе гигантское членистое тело, движущееся посредством сокращений и растяжений со скоростью двенадцати или пятнадцати миль в час, этакое чудовище с сотней тысяч ног. Оно полое внутри, имеет щупальца, усики, которыми исследует дороги и мосты, перед тем как ступить на них. Такими усиками служат ему всадники на лошадях. И оно пожирает все на своем пути. Армия – это огромный организм, управляемый крохотным мозгом. <…> И каждый из нас – а нас шестьдесят тысяч человек – не имеет ни другой цели, ни другого смысла существования, кроме как быть клеткой тела гигантского чудовища, которое должно ползти вперед и все на своем пути пожирать.
Общий ход тела войны максимально упорядочен, но движения отдельных клеток могут быть хаотичны. Судьбой человека на войне управляют не только полководцы, но и слепой случай или невнятный душевный порыв.
Война обнажает подлинную сущность человека, клетки оказываются под микроскопом – отчетливо видны подлость и благородство, а кто-то лишь на войне получает возможность по-настоящему узнать себя.
«Марш» – роман-эпопея, «Война и мир» по-американски. Среди его персонажей Авраам Линкольн, генералы Грант и Шерман. Доктороу восхищается стратегическим гением Шермана, но не отказывается видеть и человеческие слабости великого генерала — самовлюбленность и кокетство. А президент Линкольн напоминает «бабушку-старушку, которая боится войны и уже отчаялась дождаться ее окончания».
Однако гораздо важнее для Доктороу обычные люди – военные и штатские – поневоле ставшие кочевниками, скитальцами на марше. Их общая цель – найти новую Америку, свободную от рабства и предрассудков. Американская нация проходит очищение кровавым походом, и Гражданская война в романе рифмуется с библейским сюжетом об Исходе. Старый плантатор, с приходом янки потерявший все, что имел, сравнивает себя с фараоном. Он понимает, что его соотечественники, владевшие рабами, наказаны за жестокость и лицемерие, и эта кара – справедлива.
Софи, – сказал он неожиданно, – я что, фараон? <…> Потому что если я фараон, то с меня хватит. Не надо мне ни жаб, ни саранчи, я тебя отпускаю. <…> Что за нелепое, нарочитое притворство лежит в основе понятий семьи, культуры, истории, если все это так легко разрушить, смешать с грязью. А ведь все это – Господь! Господь сделал это, воспользовавшись северянами как орудием.
Вчерашние рабы тоже видят свое духовное родство с евреями, бежавшими из Египта. Египет для них — вся Америка, место, где они томятся в неволе. Но она же и Земля Обетованная, которой можно достичь, обретя подлинную, внутреннюю свободу. И ее можно взять только самим, а не принять из рук вчерашних угнетателей.
О популярности библейской мифологии среди черных рабов писали многие, начиная с Гарриэт Бичер-Стоу с ее «Хижиной дяди Тома»; трактовка Америки как Земли Обетованной для изгнанников и беглецов со всего мира тоже нередка, но Доктороу интересует рождение свободной от рабства Америки как обретение заповедного Ханаана.
Евреи, собираясь для исхода из Египта, не просили, чтобы их вел египетский генерал. Те евреи – они шли за человеком из своих, вот и мы должны поступать так же: мы сами себе армия. Скажете, у нас нет оружия – пушек и мушкетов? Не важно, мы армия свободных и праведных, тех, кто не ищет легких путей и милостью Божией сам прокладывает себе дорогу. <…> Если вы ждете, чтобы генерал защитил вас, вы все еще несвободны. Свободой должно наполниться ваше сердце, она должна возвысить ваш дух. Давайте не будем оглядываться на белых: они такие же простые смертные, и нечего ждать от них пропитания, спасения и крыши над головой. Опираться надо на таких же, как мы сами, и Бог поможет нам, Бог укажет нам путь. Мы пробыли в пустыне куда больше сорока лет. Перед нами земля обетованная. Плодитесь и размножайтесь, делайте ее своею.
«Марш» – полифонический роман, но все-таки тему одной героини можно назвать главной. Только судьба Перл Уилкинс Джеймисон прослеживается на всем протяжении книги – от появления войск Шермана в тылу южан и до конца войны. Сначала Перл служит полковым барабанщиком, потом помогает в госпитале, где встречает свою любовь – солдата-северянина, бывшего беспризорника с Манхэттена. Война учит Перл чувству собственного достоинства и пониманию связи со своими корнями. Ее задача – научиться быть не «белой и свободной», а свободной и черной.
А если выдавать себя за белую, насколько я буду свободна?
Свободнее других.
Внешне – да, но не в душе, не в сердце. Разве такой свободы хотела моя мама Нэнси Уилкинс?
Роман Доктороу пестрит анахронизмами, тщательно отмеченными переводчиком, но это касается бытовых мелочей – например, упоминаются белый шоколад и мода на морские купания, хотя тогда еще не было ни того, ни другого. Что же касается истории – броска армии генерала Шермана на Юг, – Доктороу не отступает от исторических документов. Главная цель автора «Марша» – передать дух ушедшей эпохи, и от этого броуновское движение гражданской войны страшно, осязаемо и реально.
Герои «Марша», устами которых говорит сам автор, – фотограф Иосия Калп и его чернокожий ученик Кальвин – следуют за армией северян, фиксируя, как разрушается старая Америка. Руины и пожарища вселяют не только скорбь, но и надежду — обновленную американскую нацию ждут мир и свобода. А смерти и разрушения на пути нужно запомнить, чтобы они никогда больше не повторились.
Время бежит быстро <…> оглянуться не успеваешь, как все меняется, так что фото – единственное, что остается от нашего прошлого. Уже тогда, через два дня после пожара, еще и дым толком не рассеялся, а по развалинам вовсю расхаживали люди, ковырялись палками в пепле, пытаясь спасти что можно, складывали находки на ручные тележки или в заплечные мешки и уходили – началась другая жизнь, пошли совсем другие дела!
Как и «Рэгтайм», «Билли Батгейт», и «Книга Даниэля», роман Доктороу, написанный в 2005 году, – сплав документального и вымышленного, исторические события, показанные глазами обычных людей. Разница в том, что на этот раз писатель обращается не к своей любимой эпохе – началу ХХ века, а к событиям Гражданской войны. В сравнении с классикой литературы об этом времени – «Унесенными ветром» Маргарет Митчелл, пронизанными ностальгией по старому Югу, где война предстает пусть и печальным, но романтическим событием, – у Доктороу романтика войны отсутствует вовсе: марш – это кровь, потери, искалеченные жизни. В нем нет места для тоски по довоенному прошлому. Для героев «Марша» Гражданская война закончилась победой новой Америки над старой, свободная страна больших возможностей взяла вверх над фараоновым Египтом.
Для самого Доктороу «Марш» тоже стал своеобразной победой. Этот роман в Америке почти повторил успех «Рэгтайма», и сам автор называет его «моя самая доступная книга со времен “Рэгтайма”». И если понимать «доступное» как увлекательное, то это бесспорно: читается «Марш» на одном дыхании, оторваться невозможно.
И другие гражданские войны:
Погромы времен Гражданской войны глазами очевидцев
Альталена. Несостоявшаяся гражданская война
Иосиф Флавий и его Иудейская война
20 фактов о евреях, сражавшихся за Республику
